Saturday’s gone

Приближение нового года чувствуется во всём: хочется подводить итоги и покупать подарки, дома нарядили большую и красивую ёлку, а я строю планы и готовлюсь к экзаменам. А вы послушайте очень красивую песню Изабель Кэмпбелл и Марка Ленегана.

z.live

Я смотрю на заснеженный урбанистический пейзаж за окном и слушаю новую пластинку земфира.live. В концертных версиях её песен есть какое-то сюрреалистическое очарование, пронизывающая насквозь энергетика, от которой захватывает дыхание. Эти вскрики на грани безумия в толпе, переделанные до неузнаваемости аранжировки и её акценты на каких-то словах, от которых порой кажется, что она самый близкий человек на земле.
Впрочем, есть что-то удручающее в этом куцем сером снеге, в невыполненных обещаниях и несбывшихся планах. Даже и не знаю. Может, и в самом деле написать этот обещанный киносценарий.

я буду ждать, ты звони

Comptine d’un autre été: L’après-midi

Этим вечером хочется завернуться в тёплый плед и слушать на повторе фортепианные композиции Яна Тирсена. Я заметил, что в последнее время моя жизнь протекает волнами: я могу весь день провести с друзьями, не останавливаться ни на секунду и успеть сделать кучу важных и приятных вещей одновременно; а могу как, например, сегодня весь день проваляться в кровати и изредка писать sms’ки.
Вчера я понял одну очень важную вещь — нельзя впадать в крайности. В последнее время я чувствую себя канатоходцем, идущим по тоненькому канату под куполом цирка. Любое резкое движение вызовет бесконечный полёт вниз, красивый как разливающиеся звуки фортепиано в песне La Valse D’Amelie (version Piano). Поэтому нужно сдерживать эмоции и всеми силами стараться удержать равновесие.
В пятницу мне исполнился двадцать один год. Я из принципа не отмечаю дни своего рождения, но всё равно мне очень важно, чтобы меня хотя бы кто-нибудь поздравил… И меня поздравляют, и я искренне благодарен этим людям. За прошедший год у меня появились новые, очень близкие для меня люди, впрочем, многие близкие люди наоборот исчезли… Возможно, если бы я совершал поменьше головокружительных падений с высоты, мне сейчас не приходилось бы об этом жалеть.
Одна незнакомая мне девушка написала в письме, что я напоминаю ей группу Placebo. Я уже давно не скрываю и не стыжусь своей чрезмерной открытости, влюбчивости и эмоциональности. И я очень надеюсь, что кто-нибудь меня ценит именно за это. Хотелось бы в это верить.

Последняя пластинка SCSI-9 (совместный проект Антона Кубикова и Максима Милютенко) “The Line of Nine” произвела на меня такое сильное впечатление, что когда я узнал о том, что в четверг в Пропке Санчес и Кубиков отыграют совместный 6-ти часовой сет, я просто не смог остаться дома. Небольшая сцена, четыре вертушки, два микшера и одно из самых лучших живых выступлений в моей жизни. Протяжное глубокое дип-техно сменяется просторным лёгким тек-хаусом, переходящим в умопомрачительный нойз, вырывающий из тебя чувство реальности и готовящий к новой волне жесткого беспринципного техно. Сэмплированный женский вокал затихает в вокодере и сменяется ухающим бескомпромиссным битом, вызывающим восторженные крики публики. Шесть часов музыкального сумасшествия, шесть часов счастья.
После сета я подошёл к Кубикову и попытался объяснить ему, что я чувствую, сказать, что это был потрясающий сет, что его последняя пластинка — это самый чистый минимал, что я слышал в жизни. Но я мог ничего не говорить, он посмотрел мне в глаза, мы обнялись. Я навсегда запомню этот взгляд, эту волшебную ночь.

Наверное, есть какой-то своеобразный шарм в том, чтобы ходить на выставки в последний предпоследний день их проведения. Вчера, приехав в здание Третьяковки на Крымском валу, я даже не удивился километровой очереди страждущих посмотреть на «Шедевры музея Орсе». В очереди я простоял эээ 3.5 часа :), успев за это время по несколько раз прослушать в плеере новый альбом Current 93 и никем официально не издававшийся альбом Portishead “Melody Nelson”. Тибет, увидевший во сне как чёрные корабли съели небеса и записавший об этом 80-ти минутную пластинку и Бет Гиббонс, напевающая что-то генсбуровское, вполне подошли, чтобы не слышать, как окружающие возмущаются нерасторопностью кассирш и сообща разгадывают кроссворды. Но это всё ерунда на самом деле. Так у одной только картины Ренуара «Мальчик с кошкой» я простоял несоизмеримо дольше, чем у любой из представленных там картин Ван Гога, Мане или Сезанна.

Одна женщина, как и я, стояла около этой картины, в её руке был блокнотик, и она делала набросок. Я никогда не видел чтобы так рисовали… Всего пара линий и вот уже силуэт мальчика. Этот процесс действительно завораживает.
Ещё запомнилась девочка, у которой бретельки лифчика были невообразимым образом перепутаны с бретельками топика. Она стояла по несколько минут перед каждой картиной, слегка сгорбившись, а потом открывала блокнотик и писала своё впечатление. Оно, как правило, состояло из одного слова: «Перспектива» или «Восторг».
Ещё там был огромный толстый мужчина в изрядно поношенной одежде и невыносимо пахнущий потом. Он с трудом продвигался к очередному шедевру и вставал перед ним на несколько минут, на протяжении которых вокруг него словно образовывался вакуум.
А, в общем, импрессионисты завораживают. Цвета, движение, свет. Ускользающая реальность.
А сейчас в Москве +17 °C, облачно. Из колонок что-то мрачно напевает Питер Гэбриэль. И время как будто остановилось.

the water’s dripping in the hallway
the guy next door, he knocks his wall down
oh my head sounds like that

После вчерашней тренировки по лёгкой атлетике организм заявляет ярый протест против любых движений. Дела непреодолимо затягиваются, снижается концентрация трудоёмкости, но утекает драгоценное время. Только что купленные «Элементарные частицы» (Les particules élémentaires) производят на меня какое-то феноменальное впечатление. Мало того, что начало романа происходит жарким днём первой половины лета, так ещё и в завершении этого дня небо разражается мощной грозой: как в романе, так и (судя по всему) у меня за окнами. Хотя ещё нет двух, мне кажется, что день уже подходит к концу. Проза Уэльбека чеканна, и я буквально восхищаюсь его стилем.
Плюс ко всему загруженное ночью «Искусство фуги» Баха создаёт в душе щемящее предвкушение.
Да, чёрт возьми, я знаю, что мне нужно быть проще.

В колонках играет самая модная музыка 2006 года. Come around, and around, just like we (breakdown). Я переслушиваю новый альбом Hot Chip, наверное, в сотый раз. Внешне эти ребята — типичные ретросексуалы, лохматые и небритые, в нелепой спортивной одежде. Их музыка — простенькая indie электроника с тонким и слегка сермяжным мужским вокалом. Всё вместе — не поддаётся никаким сравнениям и звучит так ново и неожиданно, что ты непроизвольно запоминаешь все эти крючки и загогулинки их мотивов, а потом постоянно ловишь себя на мысли, что в голове у тебя играет именно их мелодия. К слову, клип на песню Over & Over просто сумасшедший: отрешённые, похожие на роботов, музыканты в каком-то замедленном трансе, словно куклы на ниточках, играют на своих инструментах. Завораживающее зрелище, на самом деле.
Вчера наконец дочитал «Игру в классики». Пожалуй, ни одну книгу я не читал ещё так долго. Нет, это ни в коем случае не скучно и не занудно. Но чтобы приступить к её чтению мне обязательно нужно было определённое эмоциональное состояние и окружение. Например, если у меня была тарелка черешни или стакан сока, то я скорее брался за какой-нибудь глянец. Для Кортасара мне нужно было слегка подавленное настроение и зелёный чай. Хотя, если бы было мате, оно непременно было бы вместо чая. Эту книгу невозможно заглотить разом, да и не хочется. Она состоит их маленьких трагикомичных эпизодов, причём таких, что прочитав один не возникает желания сразу взяться за следующий, ты просто закрываешь глаза и фантазируешь. Мага, Оливейра, Рокамадур, Талита, Травелер — почти с каждым героем у меня что-то связано. Сотни переплетающихся ниточек, как в комнате на втором этаже у Оливейры. Если у Борхеса, например, я искал в рассказах различные смысловые пласты, то здесь ум буквально отключается на время чтения, фантазия рисует эти парижские улочки и квартиры, сумасшедший дом в Буэнос-Айресе, Травелера и Орасио, сидящих на перекинутой между окнами доске. Обычно я могу себе примерно представить, как бы выглядела экранизация той или иной книги, но в данном случае этого сделать решительно невозможно. Через какое-то время, я снова возьму её с книжкой полки и перечитаю. Уже вторым способом из тех, что предложил Кортасар.
+30 °C это уже немного чересчур. Москва становится похожа на огромного, плавящегося в агонии монстра. OMG, что же будет дальше?

Последний альбом Massive attack вводит в состояние перманентного транса. Совершенно неожиданная и неописуемо мощная пластинка. В каждой песне участвует новый вокалист, музыка при этом строго выдержана в единой стилистике. Этот контраст задаёт альбому какое-то совершенно психоделическое настроение.

Silent spring со второго диска — одна из самый сильных вещей на этом альбоме. Она записана вместе с Элизабет Фрэйзер и создаёт впечатление тончайшей ручной работы. Эта песня уносит куда-то далеко-далеко и нежно витает в невесомом воздухе струящимся эфиром.

United 93 произвёл на меня не менее сильное впечатление. Диалоги в фильме выстроены так, что ты вскоре забываешь обо всём (о том, что чувствовал ты, когда смотрел по телевизору эти события, о том, насколько хороша работа режиссёра или насколько этот фильм вписывается top cinema list’06). Ты смотришь на этих людей: на террористов, на пассажиров и на их родственников. И эмоциональный накал буквально разрывает тебя, это не жалость, не боль — это какое-то субчеловеческое чувство, которое пронизывает тебя насвозь. Сильнейшая работа.

Вместе с новой «Афишей» пришёл гид по XXVIII ММКФ. Осталось дошлифовать институтские мелочи и бросить все силы и средства на киноварево.

Впечатления от общения с новыми людьми в последнее время крайне позитивны. Нужно ловить момент и что-то делать. Время покажет, кто был прав.

rhcp записали фантастический альбом. я не могу вспомнить, когда я испытавал последний раз такой восторг от сочетания лирики, ритмики и музыки. фли вновь так проговаривает слова, словно проверяет их на прочность. странно, что в этом стиле ещё можно сделать что-то подобное. практически каждая песня обладает какой-то своей собственной энергетикой, в то время как на предыдущих альбомах таких песен было всего 2-3. лучший альбом мая.
естественный отбор в моей жизни вновь усиливается. ignore становится самым простым способом выбросить негатив. осталось набраться сил и почистить ленту от воспоминаний. жаль, что некоторым из них совсем мало времени.
когда я вчера гулял по лубянке за ручку с очаровательной r&b’шницей, прячась от дождя под одним зонтиком и удивляясь такому дикому количеству милиции, я и подумать не мог, что на самом деле происходит. весь вечер читал впечатления очевидцев и смотрел фотографии с первого московского «гей-парада». нет слов. что за чертовщина происходит с этой страной?

Anatomie de l’enfer вызывает отвращение буквально на физическом уровне. Это один из самых безжалостных по отношению к зрителю фильмов. Брейя ненавидит людей, я не знаю как ещё это можно объяснить. Некоторые кадры уже нельзя назвать провокацией или визуальным экспериментом — это за гранью человеческой логики.
В какой-то момент я сменил звуковую дорожку фильма на новый альбом ВИА «ЧайФ» — отвращение только усилилось. Бывает же. На удивление бездарный вечер.

«Черновики» Саши Васильева — наверное, один из самых искренних альбомов в русском роке. Хотя это, скорее, не рок, а chanson — пронзительные стихи под акустическую гитару. Перепевая лучшие из старых песен («Бонни и Клайд»), Бродского или Гребенщикова — Васильеву в любом случае удаётся в каждой раскрыть какую-то сюрреалистичную магию, собственную энергию. Это ощущение — когда слушаешь эту пластинку — из разряда тех ощущений, когда где-то в кафе или на улице ты слышишь какую-то незнакомую, но берущую за душу мелодию и эти разлетающиеся в безысходность звуки отрывают тебя от реальности и метафорически сбивают с ног своей пронзительностью.

Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,
к сожалению, трудно. Красавице платье задрав,
видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.
И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,
но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут —
тут конец перспективы.

Стас Барецкий & EU — объективно, самое значимое, что произошло с авторской песней за последние годы. Внушительная внешность напрочь отбрасывает сравнения со Шнуровым, минималистичная электроника «Игрушек» выводит этот проект на какую-то недостижимую, тонко-осязаемую высоту. Одна только песня «Осенние краски» продирает сознание как первоклассный самогон. Как правильно заметил Барецкий: «К нам на концерт ходят ботаники в очках с двумя высшими образованиями… думаю, они тянутся к этой правде жизни, потому что они её не знают, им бы хоть откуда её узнать, понимаете?» Это что-то такое исконно русское, как Шишкин или Толстой.
Забил сегодня всё на свете. Градусник настроения колеблется около нуля. Нужна инъекция искусства.

Осенние краски,
Бутылка к обеду,
Мне хочется ласки,
Я к матери еду.

Национальный Филармонический Оркестр России. Дирижёр Владимир Симкин и солистка Наталия Трулль. Людвиг ван Бетховен. Увертюра «Эгмонт» Фа минор, Концерт №4 для фортепиано с оркестром Соль мажор, Симфония №7 Ля мажор.
Я не могу описать этот восторг. Я захлебываюсь в эмоциях и собственном музыкальном невежестве. Это фантастика. Зал дважды вызывал дирижёра на бис — финальный «Венгерский танец» Брамса просто свёл с ума и окончательно поставил точку — описать полученные эмоции словами просто нельзя. Тысячный зал десять минут аплодировал стоя.

Самое дурацкое в последних выходных (в частности, в этих), это то, что они проходят абсолютно безрезультатно. Вот уже темнеет, а я все активно собираюсь туда, куда хотел сходить рано утром. Зато массква — крайне прикольная попса. С приятным голосом и иногда хорошими песнями. 7-й этаж — дерьмо несусветное, а остальные песни очень неплохи, если их слушать первый раз. Второй не тянет.
Так, fuck off интернет, go street.

Нелегко начинать сначала. Но порой нужно. Мне хочется писать, многое происходит, многое меняется. ЖЖ перестал быть so attractive как был раньше. В плеере голос Шевчука — прочитал у паркера много мини-рецензий о музыкантах. Чушь, но иногда в яблочко. Вот про DDT — Чёрный пёс Петербург — действительно лучший альбом группы. Гениальные вещи пишутся тогда, когда на душе плохо. Это истина. С этим не поспоришь.

Интересно, как здесь пойдет.